На фоне огня и мощи рубиновых звезд Кремля в Северной столице родилось чудо — знак того, что страна демонстрировала миру не только силу, но и тонкую красоту.
Самый узнаваемый российский сервиз — «Кобальтовая сетка», который дарят на высшем уровне и коллекционируют за рубежом, родился в блокадном Ленинграде. В 1944 году на Ленинградском фарфоровом заводе молодой художнице Анне Яцкевич поручили создать сервиз к 200‑летию предприятия, основанного дочерью Петра I Елизаветой. Вдохновением стали заклеенные крест‑накрест окна и лучи прожекторов ПВО: грубые знаки войны превратились на фарфоре в изящную синюю сетку.
Яцкевич добавила в перекрестья линий звездочки из 22‑каратного золота — как знак надежды и будущего салюта. Узор выполнялся подглазурной росписью кобальтом: сначала контур карандашом, затем пигмент наносили на сырой черепок, покрывали прозрачной глазурью и обжигали при примерно 1400 °C. Черный до обжига кобальт в печи раскрывался в глубокий, звонкий синий.
«Это память, застывшая в фарфоре, отпечаток самого трагического времени в истории».
В 1958‑м на Всемирной выставке в Брюсселе «Кобальтовая сетка» получила золотую медаль за узор и форму. Анна Яцкевич этого триумфа не увидела — она ушла из жизни в 1952 году. Сегодня Императорский фарфоровый завод на проспекте Обуховской Обороны в Санкт‑Петербурге работает и ведет музей с подлинниками, включая первую «Сетку». Сервиз выпускается до сих пор — от Лондона до Токио. Эксперты отмечают: малейшее отклонение температуры обжига меняет синий от сероватого до фиолетового; устойчивый сапфировый цвет обеспечили уникальный рецепт глазури и опыт технологов ЛФЗ.
